Уже на протяжении 3-х дней постепенно читаю Булгакова о последнем годе жизни Толстого (с начала 1910 года это был его секретарь-помощник, который, к слову, хотел им быть от всей души). В связи с этим у меня появилась мысль, что я всё-таки нашёл, зачем я сломал руку.

Так как после того, как я сломал руку, я практически потерял связь с миром (в смысле того, что я выхожу очень редко на улицу и в город ни разу не ездил, кроме как на такси к врачу, совсем мало; не бегаю и т.д.) и очень много прочитал за это время интересного, я понял, насколько важно это… давайте назовём это МЫСЛЕННОЕ ЦЕЛОМУДРИЕ ИЛИ ЦЕЛОМУДРИЕ МЫСЛЕЙ. Кажется, такого словосочетания ещё в жизни ни разу не слышал. Т.е. когда ты понимаешь, что в мире есть и такая и сякая информация, но внутри ты понимаешь, что тебе нужно для того, чтобы чувствовать себя в этом мире самим собой, уметь выбирать только те мысли, которые не принесут тебе вреда. И вот именно в детстве это сложно сделать, а когда ты уже духовно созрел — это просто сделать, заглядывая внутрь себя перед тем, как эти мысли принять к себе.

И почему у меня возникла эта мысль? По тому, как Булгаков описывает, как Толстой взаимодействовал с этим миром в последний год своей жизни. Это очень заметно было. Т.е. по тому, как они общаются, видно, что Толстой как бы именно так и делал: он понимал, что ему не нужно вот это всё, что происходит в мире, впитывать, а он брал только то, что ему нужно для себя, для самосовершенствования, но уже даже не для самосовершенствования, а как он там говорил — чтобы чувствовать себя хорошо не для кого-то, а для себя.

30.09.2019

CC0 1.0 Universal (CC0 1.0)
Всё, что опубликовано на этом сайте, передано в общественное достояние в момент публикации. Автор, отказавшийся от всех авторских прав, ПРОСИТ ни в каком виде не распространять и не продвигать то, что вы можете здесь прочитать. Автор, отказавшийся от всех авторских прав, ПРОСИТ не ассоциировать то, что вы можете здесь прочитать, ни с чем.