Народное гулянье на триста двадцать пять гектаров

Говорят, граждане, в Германии когда-то была организация «Сила через радость». Крафт дурх Фройде, если угодно. Рабочий класс по линии этой организации возили на пароходах, кормили сосисками и развлекали до полного изнеможения. Чтобы, значит, рабочий класс от радости забыл, куда его в целом везут. Рабочий класс, надо сказать, забыл. Некоторые до сих пор не вспомнили.

А у нас, граждане, тоже ничего. Но лучше. У нас — VK Fest.

Сейчас объясним всё по порядку: что, к чему и почему.

VK Fest, братцы мои, — это фестиваль. Ну вроде гулянья. Только гулянье теперича не на Марсовом поле с каруселями и пьяными матросами, а на ВДНХ — на трёхстах двадцати пяти гектарах с историческими павильонами, фонтанами, прудами и, как они пишут, «открытыми лужайками». Лужайки, граждане, — это чтобы вы не подумали, что тут что-то казённое. Тут лужайки. Тут природный ландшафт. Тут тень от деревьев. Хотя деревья, между нами, тоже государственные.

Устраивает этот фестиваль компания VK. Ну, бывший «ВКонтакте». Который бывший Дурова. Который теперича — Кириенко. Который сын Кириенко. Не того Кириенко, который премьер-министром побыл пять месяцев и уехал, а того, который первый заместитель главы администрации президента и никуда не уезжает.

Компания, надо сказать, замечательная. Выручка — сто шестьдесят миллиардов. Убыток — двадцать пять миллиардов. Долг — восемьдесят два миллиарда. Вот-те клюква, думаете вы? Ничего подобного. В прошлом году убыток был девяносто пять миллиардов, а долг — сто семьдесят четыре. Так что, граждане, налицо кратное улучшение. Тенденция, дескать, правильная.

И вот эта компания с правильной тенденцией устраивает народное гулянье. В четырёх городах. Казань, Петербург, Сириус, Москва. Вишь, как размахнулись. Раньше, до 2022 года, фестиваль был только в Питере. А с 2022-го — в пяти. То есть чем бодрее пошли дела на известном фронте, тем веселее стало на фестивальном.

Это, граждане, не совпадение. Это — синергия.

Хорошее слово — «синергия». Его даже употребляют на некоторых планёрках. А означает оно, ну вроде как… Впрочем, чёрт его разберёт.

А только факты, братцы, упрямая вещь. VK принадлежит «Газпром-Медиа» и СОГАЗу. СОГАЗ принадлежит «Газпрому» и семье одного хорошего человека, друга одного очень хорошего человека. «Газпром-Медиа» принадлежит Газпромбанку. Газпромбанк принадлежит «Газпрому». «Газпром» — ну вы понимаете. Одним словом, куда ни ткни — государство. А фестиваль, дескать, частный. Независимый. Молодёжный. С лужайками.

Я как об этом подумал, так меня прямо оторопь взяла. Батюшки-светы, думаю, да ведь это ж какая красота организационная! Компания убыточная — фестиваль прибыточный. Денег нет — но вы гуляйте. Прямо вот так и сказали бы, честно: денег нет, но вы гуляйте. А они не говорят. Они говорят: «обновлённый фирменный стиль, поддерживающий идею роста и обновления».

Руководит этим делом, граждане, некая Зоя Новикова. Зоя Новикова — человек, безусловно, отличный. Зоя Новикова делает фестивали. Фестивали у Зои Новиковой получаются прекрасные. Зоя Новикова говорит: «Смена площадки — это не просто переезд, а большие перемены для фестиваля». Натурально. Раньше-то в Лужниках гуляли, а теперича — на ВДНХ. На ВДНХ, братцы, триста двадцать пять гектаров. Это вам не Лужники. Тут можно такое развернуть — мама не горюй.

И разворачивают.

Тут тебе, значит, несколько сцен. На одной — Лолита. На другой — Бузова. На третьей — группа «Агата Кристи», ну то есть не вся группа, а Вадим Самойлов, — тот, который за. На четвёртой — «Тату», которые, ей-богу, оказывается, ещё существуют. На пятой — стендап. На шестой — блогеры. На седьмой — косплей. На восьмой — Росгвардия.

Про Росгвардию, граждане, отдельно. Росгвардия на VK Fest — это не для безопасности. То есть и для безопасности тоже, натурально. Но Росгвардия на VK Fest — это партнёр. Понимаете? Партнёр фестиваля. Росгвардия обеспечивала безопасность VK Fest в Петербурге: ОМОН — двенадцать тысяч шестьсот девять человек, СОБР — семь тысяч восемьдесят девять, воинские части — одиннадцать тысяч двести сорок шесть. Итого — тридцать с лишним тысяч бойцов на молодёжный фестиваль с лужайками. Ну и правильно. Мало ли что. Вдруг кто-то на лужайке задумается.

Но это, братцы мои, ещё не самое выдающее. Самое выдающее — это программа.

Кроме музыки, на фестивале, значит, будут «тематические пространства». Нацпроекты — это пространство. «Знание» — это пространство. Семейная программа — это тоже пространство. Для маленьких детей — игровые активности. Для старшеклассников — «вовлекающие форматы с учётом разнообразных интересов». Вот оно, ключевое слово, — вовлекающие. Не просто форматы, а вовлекающие. Чтоб, значит, вовлечь, и чтоб старшеклассник уже не вывлечился обратно.

Я, граждане, когда это прочитал, прямо за сердце схватился. Думаю: ну до чего симпатично всё устроено. Приходит молодой человек на ВДНХ. Думает — послушаю музыку, погуляю, мороженое съем. А тут ему — нацпроект. А тут ему — «Знание». А тут ему — Росгвардия с СОБР-ом. А на лужайке — «вовлекающий формат». И мороженое, конечно, тоже. Мороженое никто не отменял. Мороженое — это святое.

Одним словом, пришёл за мороженым — ушёл вовлечённым. Культурно-просветительная работа, граждане, на высшем уровне.

А знаете, что во всём этом деле самое замечательное? Вот что.

Компания VK в 2024 году потеряла девяносто пять миллиардов рублей. Это, граждане, не опечатка. Девяносто пять. Миллиардов. Рублей. Её долг превышал капитал в шесть с половиной раз. Она нарушила условия кредитных договоров с банками. У неё оборотный капитал был минус сто тринадцать миллиардов. То есть, по-простому говоря, компания — банкрот. Ходячий труп. Мертвец в пиджаке.

И этот мертвец в пиджаке устраивает фестиваль на триста двадцать пять гектаров. В четырёх городах. С Росгвардией. С нацпроектами. С семейными пространствами. С лужайками.

Небось думаете — как же так? А вот так, братишечка. Потому что когда акционер — «Газпром», то убытки — это не убытки, а инвестиции в будущее. А фестиваль — это не фестиваль, а «экосистемный проект». А долг — это не долг, а «кратное улучшение». Выпустили допэмиссию на сто двенадцать миллиардов — вот тебе и погасили кредиты. Красота. Допэмиссия, граждане, — слово модное. До масс дошло.

Нет, вы послушайте, я ведь не критикую. Боже упаси. Я, наоборот, восхищаюсь.

Потому что, граждане, тут ведь какое дело. В Италии когда-то тоже была похожая организация. «Дополаворо» называлась. После работы, значит. Тоже — кружки, экскурсии, театры, спорт. Чтобы после работы человек не думал. А думал — на работе. Хотя на работе тоже лучше не думать.

И вот, значит, VK Fest. Тот же принцип. Только современнее. Тут тебе не кружок самодеятельности, а Бузова. Тут тебе не экскурсия на завод, а «тематическое пространство нацпроектов». Тут тебе не «Сила через радость», а «Радость через экосистему». И денег тебе не надо — компания и так в убытке. Какие деньги? Деньги — это пошлость. Тут — идея. Тут — вовлекающий формат.

Я, братцы мои, вчера вечером сел и подсчитал. VK Fest с 2022 года расширился с одного города до пяти. А теперича — до четырёх, но один — ВДНХ, на трёхстах двадцати пяти гектарах, что по площади примерно как пять фестивалей. Итого — математически — семь фестивалей. Прирост — семьсот процентов за четыре года. Прирост, замечу, совпадает именно с теми годами, когда, по логике, следовало бы сократить расходы и вести себя потише. Но потише — это не наш метод. Наш метод — погромче.

И вот я, граждане, теперича иногда ночью лежу и думаю.

Думаю: до чего ж складно всё устроено. Компания убыточная — принадлежит государству. Фестиваль масштабный — финансируется из убытков. Убытки покрываются допэмиссией. Допэмиссию покупает государство. Государство покупает у самого себя праздник, который устраивает само для себя, чтобы показать, что жизнь — праздник.

И главное, граждане, — показывает. Успешно показывает. Лужайки есть. Мороженое есть. Бузова есть. СОБР есть. Нацпроекты есть. Чего ж ещё? Всё есть. Живи и радуйся.

А что убыток двадцать пять миллиардов — так это ж не ваш убыток, граждане. Это ж корпоративный. Вас это не касается. Вас касается только вовлекающий формат и открытые лужайки. Так что гуляйте. Гуляйте, братцы, на здоровье. На трёхстах двадцати пяти гектарах — места хватит.

Дела идут. Контора пишет. А на всём остальном фронте — всё отлично и симпатично.